Контакты
О себе
Фото
Видео
Видео
Лечение
Сила камня
Фитотерапия
Публикации
Книги
Стихи
Бальзам

Долгий путь к истине

И я увидел все земли предков, И поклонился святым местам... Александр Дольский

Не веришь – не верь!

– Но не кощунствуй, – всегда добавляла к словам, вынесенным в заголовок этой главки, бабушка одного моего старого знакомого, очень набожная и много повидавшая за долгую жизнь женщина. Она хорошо помнила, как однажды в родных ее местах появился отряд красноармейцев, только что лихо отогнавший случайный деникинский разъезд. Впереди, на лихом коне, красовался молоденький командир. – Вот вам, бабки, и Егорий Победоносец!

При этих словах одни из верующих старушек плюнули в сторону, другие истово перекрестились, а предводитель большевистского отряда ухмылялся в юные редкие усы, довольный произведенным эффектом. Поскольку он был из местных обитателей и сразу после своего публичного богохульства захворал, то весть о его недуге была принята как закономерная Божья кара. Через полгода у парня навсегда отнялись ноги... А другой мой знакомый рассказывал, как невзлюбил бывший первый секретарь Тульского обкома партии Юнак животворный родник, веками бивший из земли на радость верующим людям на границе Тульской и Рязанской областей. На горке, из-под которой струился источник, они поставили небольшую часовенку, а деревья у родника были сплошь увешаны ленточками, бантиками и просто разноцветными тряпочками, словно праздничные новогодние елки.

И до того не нравилось это "поклонение" партийному лидеру, до того разлагало оно атеистические "устои" общества, что приказал Юнак часовню стереть с лица земли. Не сразу нашлись исполнители чудовищного приказа, но все-таки отыскались. За изрядную мзду трое отщепенцев заложили под фундамент динамит, и... Часовни не стало, как, впрочем, и взрывников. Не прошло и года, как все они умерли не своей смертью. Недобрым кончилась и "инициатива" одного из ивановских коммунистов, который в просветительском запале... Впрочем, давайте обо всем по порядку.

Животворящий крест

Средневековая легенда гласит, что однажды пастухи увидели вдалеке, посреди бездонного, как говаривали местные старожилы, болота светящийся крест. Зная все заповедные тропки, они тут же пошли полюбопытствовать, что за чудо явил им Господь?! Спустя недолгое время, пастухи увидели невысокого седого старичка, державшего пылающий, но целехонький крест. Старец тоном, не терпящим возражений, произнес:

– На этом месте вам должно возвести храм, а крест животворящий станет его главным украшением!

Когда опешившие пастухи перестали переглядываться и делиться сомнениями – дело-то предстояло небывалое, старец незаметно исчез. Только потом сообразили очевидцы, что пред ними предстал сам Николай Угодник. Долго судачили они о диве дивном, пока крепкий сон не смежил их веки. Не зря говорится, что утро вечера мудренее. Мужики решили с рассветом позвать на помощь других сельчан и возвести церковь на берегу топи, там, где посуше и потверже. Можете представить, каково же было их изумление, когда поутру они увидели посреди болота большую каменистую насыпь, на которой красовался вчерашний Животворящий Крест! Вряд ли нужно уточнять, что храм был в указанном святым Николаем месте построен, и несколько веков он служил местом духовного очищения и просветления многих тысяч прихожан. Исцеление самых тяжких недугов тоже не раз наблюдалось у подножья чудесного Креста.

Но пришли иные времена. Воинствующие безбожники, как пелось в их партийном гимне, вначале снесли храм "до основанья", а затем принялись за Крест. Но он твердо и гордо стоял на своем месте, не поддаваясь своим погубителям. Один из "активистов" в запале схватился за топор, но только мелкие щепочки удавалось отсечь до бритвенной остроты отточенному лезвию. На беду порубщика, одна из них впилась ему в ногу, которая тут же отекла и посинела. Спустя совсем недолгое время "активист" умер от заражения крови в жутких мучениях...

Людям же верующим, убеждена, Животворящий Крест дарует и будет долго еще посылать ни с чем не сравнимую радость.

Когда я в первый раз припала к его подножью, душу наполнило ни с чем не сравнимое блаженство, словно встретила я нечаянно очень родного человека, который все поймет и простит, и посоветует, и поддержит в трудную минутку. В тот миг необычайного просветления и единения с Всевышним я мгновенно забыла обо всех своих горечах, обидах и бедах, все они показались банально мелкими, и об одном лишь жалела я тогда. В дальнюю дорогу не отважилась я взять своего тяжело больного сына, тем самым невольно обделив его благодатью, но в следующий раз мы непременно отправимся в путь-дорогу: к Переяславлю Залесскому, а потом еще 60 верст на автобусе, вместе с моим ненаглядным Аликом. Кто знает, может, именно у Животворящего Креста ждет моего ребенка долгожданное исцеление?!

Большое видится на расстоянии

Не могу не рассказать и о другом незабываемом впечатлении. Уже два с лишним десятилетия я по нескольку раз в год вместе с сыном отправляюсь в Болгарию. Когда-то мне выпало огромное счастье познакомиться со всемирно известной Вангой, учиться у нее и даже работать вместе с великой ясновидящей и целительницей. Однако радость, как правило, долгой не бывает, и вот уже десять лет я по-прежнему езжу в местечко Рупите, но теперь – чтобы постоять у скромной могилки моей наставницы, и все так же пообщаться, посоветоваться с ней, поделиться моими проблемами и горестями. А порой и просто помолчать...

В одной из таких поездок мне с Аликом довелось побывать в удивительном месте, которое до самых незримых "краев" оказалось переполнено доброй мощной энергетикой. Речь идет о Крестовой Горе или, как называют ее сами болгары, Крестовом Верхе. Но прежде, чем припомнить крутой подъем к ее вершине, надобно совершить краткий экскурс в историю. Царь Константин правил Галлией. Умело, надо отметить, руководил: умножал государеву казну, строго следовал своим же многомудрым законам и создавал профессиональное войско, с которым в скором времени в пух и прах разбил "непобедимые" когда-то римские легионы и сам стал императором огромной державы. Первым делом Константин навсегда запретил гонения на христиан и немало способствовал распространению этого учения в империи. Его матушка Елена к тому времени была уже истинной христианкой, и вот однажды ее венценосный отпрыск "повелел" Елене, как пишут летописцы древности, отправиться в Иерусалим и отыскать Крест, на котором был распят Спаситель.

Все правильно, все верно, вот только я бы заменила в предыдущей фразе глагол. Не "повелел", а умолил, упросил, ибо настоящий сын, будь он трижды царь, всегда остается для матери ребенком... Отправившись в долгожданное путешествие, Елена вскоре нашла в Иерусалиме три деревянных креста, один из которых помнил муки Христа. Но как выбрать единственно нужный?! Выход нашелся быстро: неподалеку показалась траурная процессия, и вот тут-то Елене удалось найти слова убеждения и утешения для родственников покойного. Мертвеца поочередно возлагали на каждый из трех крестов, и на Божественном он чудесным образом воскрес!

Частицы Креста Господня разошлись по сотням христианских монастырей и храмов, а одна из них досталась церкви, построенной на самом пике Крестова Верха.

Здесь тоже пришла пора пояснить, что стало причиной ее возведения. Сестра болгарского царя Бориса, страдая от неизлечимой болезни, упросила отпустить ее высоко в горы, не желая омрачать зрелищем своих страданий родных и близких. Государь не спорил. Он приказал построить для любимой сестры небольшой скит и отпустил с миром. Вместе с больной увязался десятилетний слепой мальчишка. По просьбе сестры царские слуги два месяца спустя отправились по их следам, чтобы предать тело умершей земле по христианскому обычаю. Можете представить, что испытали посланцы царя Бориса, увидев "покойную" абсолютно живой, веселой и цветущей женщиной, а рядом – голубоглазого прозревшего мальчонку! В Софии расспросам, казалось, никогда не будет конца. А царская сестра рассказала, что все это время они питались корешками, травами, ягодами, а пили воду из горной речушки, что оказалась слаще всех напитков на свете. Вот все это и, конечно же, Божья Воля, вернули больным радость жизни. И тогда Борис повелел...

Сейчас на вершине чудесной горы с каждым годом расширяется православный паломнический комплекс. Каждую пятницу тысячи верующих поднимаются по особым образом устроенной каменной лестнице, чтобы принять участие в полуночной литургии под открытым небом. Предание утверждает, что больной, проживший на горе три дня и три ночи, получает исцеление от всех недугов.

Мы с Аликом тоже поднимались на вершину, все склоны которой усыпаны камнями, причем на каждом отчетливо видно изображение креста. Порой рядом проступают лики святых и даже самого Господа... А на вершине слышно пение птиц, хотя в здешних горах пернатых не водится. Но птицы все равно поют, наполняя божественными трелями всю округу. У длинной каменной лестницы – двенадцать "этажей", по числу апостолов. Здесь можно перевести дух, помолиться, оглядеться. На самой вершине вас встречают четыре часовни в честь апостолов-евангелистов. Чуть поодаль стоят еще две часовни, посвященные светлой памяти Серафима Саровского и великого болгарского святого Иоанна Рыльского. Как бы ни был труден этот путь, его одолевают все истинно верующие. Бывали случаи, когда калеки, бросив костыли, спускались вниз на своих ногах. Непросто преодолеть затяжной подъем, как, впрочем, и собственные слабости. Да и путь до Крестовой горы совсем не близок. Я насчитала не менее ста крутых поворотов на смертельно опасном горном серпантине, высеченном на скальных откосах вплотную к бездонной пропасти. Да, едва не забыла! С Крестова Верха в солнечный и ясный день можно увидеть прославленный в веках Афонский монастырь...

Господь каждому по силе Крест дает

Не случайно упомянула я об Афонском монастыре, уже долгие столетия живущем "со своим уставом" на скалах одного из полуостровов древней солнечной Эллады. Мне выпала большая честь быть знакомой сразу с тремя старцами, которые были посланы в прошлом веке Русской православной церковью на выручку монастырским старожилам. Насельников христианской обители оставалось все меньше, а это наводило греческое руководство на мысль о том, что не пора ли... Четверо российских монахов, немало укрепивших ряды монастырских трудников, сделав свое дело, со временем вернулись в Россию. Одного из этих старцев, схиархимандрита Власия, я нередко навещаю в его скромной келье Боровско-Пафнутьевского монастыря. Не раз святой отец, завидев вашу покорную слугу только внутренним взором, наказывал келейнику "выдернуть" меня с сыном из общей очереди, ибо долгое стояние в ней могло бы серьезно повредить Алику...

Батюшка Власий несет свой нелегкий жизненный крест терпеливо и мужественно, не сетуя и не печалуясь. С пяти утра начинается его прием всех болезных и страждущих, и тянется он до позднего вечера. Сотни верных советов, деликатных подсказок в непростых жизненных ситуациях дает старец своим гостям, зная все их нужды и чаяния еще до того, как они произнесут первое слово. Ему не стоит особого труда увидеть даже наши сны, в чем я, грешная, сама не раз убеждалась. Отец Власий, как и Ванга, прекрасно понимает язык трав и цветов, хотя, естественно, держит под спудом большую часть открывшегося ему Знания. А получил батюшка свой необычный дар ясновидения от своего афонского брата, отца Ипполита. Почувствовав приближение кончины, он приказал вызвать отца Власия к себе и два месяца они о чем-то неспешно и душевно беседовали в келье под еле слышное потрескивание догорающей свечи...

Говорят, годы берут свое... Неправда, они и наше прихватывают, исподволь унося здоровье и силы. Вот и мой духовный отец вынужден на два-три месяца ежегодно ложиться в клинику, чтобы и от назойливых, нередко суматошных, мелочных, а порой и бесноватых посетителей отдохнуть, и слабеющие силы хоть немного укрепить.

Вряд ли до конца дней своих забуду я укоризненную фразу отца Власия и его добрый всевидящий взгляд:

– Не дело, дочь моя, в стенах святой обители отношения выяснять!

Я хотела было объясниться, что ни в чем не виновата – одна из паломниц сильно толкнула в спину не только меня, но и моего больного мальчика, вот и пришлось дать отпор нахалке... А батюшка кивнул понимающе и снова твердо произнес:

– Не место!

Вспоминая встречи с Вангой, батюшкой Власием, другими мудрыми людьми, я всякий раз изумляюсь, насколько же высоко поднята ими планка духовной чистоты и совершенства. Прекрасно понимая, что эта вершина недоступна для абсолютного большинства нас, грешных, я все-таки снова и снова, спотыкаясь и падая, тянусь к ней, потому что прекрасно понимаю – нельзя иначе...

Людмила Ким

Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru